Введение

Оборонно-промышленный комплекс в 2022–2025 гг. стал одним из ключевых факторов, определяющих параметры бюджетной, промышленной и денежно-кредитной политики Российской Федерации. Рост государственного оборонного заказа сопровождался существенным увеличением бюджетных ассигнований, что неизбежно отразилось на макроэкономической динамике, включая инфляционные процессы.

Согласно данным Министерства финансов Российской Федерации, открытая часть расходов федерального бюджета по разделу «Национальная оборона» (код 0200) в 2023 году составила 4 972,6 млрд руб., в 2024 году — 4 644,4 млрд руб., а в 2025 году запланирована в объеме 4 205,2 млрд руб. [1, 2]. Формальное снижение показателя, однако, не отражает реальной динамики оборонных расходов, поскольку начиная с 2023–2024 гг. значительная часть бюджетных ассигнований на оборону была переведена в закрытые статьи и не детализируется в открытом доступе.

По оценкам экспертного сообщества и данным, озвученным официальными лицами, совокупные расходы федерального бюджета на национальную оборону с учетом закрытых статей и смежных разделов бюджетной классификации составили около 6,4 трлн руб. в 2023 году и достигли порядка 10,4 трлн руб. в 2024 году, что соответствует примерно 6,3% ВВП [3, 4]. На 2025 год совокупные расходы на оборону оцениваются в диапазоне 13–13,5 трлн руб., однако эти данные носят предварительный характер.

Таким образом, в рамках настоящей статьи под «расходами на ОПК» и «расходами на национальную оборону» понимаются полные совокупные расходы, включающие как открытую, так и закрытую части бюджетных ассигнований, если не оговорено иное.

Одновременно в экономике наблюдается устойчивое инфляционное давление. Индекс потребительских цен в 2024 году составил 9,5%, что существенно выше целевого уровня Банка России (4%). Цель статьи — оценить, в какой мере ускорение инфляции связано с оборонным сектором и через какие механизмы оно реализуется.

Каналы проинфляционного влияния ОПК

 Рынок труда

Оборонные предприятия в 2023–2025 гг. резко увеличили спрос на рабочую силу. Дефицит кадров в отдельных регионах достиг исторических максимумов. Заработные платы в оборонной промышленности росли темпами 20–35% в год, существенно опережая средние по экономике (12–14%) [6].

Конкуренция за работников вынуждает гражданские предприятия повышать зарплаты, не сопровождая это адекватным ростом производительности. В результате формируется инфляция издержек: рост номинальных доходов опережает рост выпуска, что создает устойчивое давление на цены.

Рынок сырья и комплектующих

ОПК является крупным потребителем металлов, энергоресурсов, химической продукции и электронных компонентов. Рост оборонного заказа увеличивает спрос на эти товары, что при ограниченном предложении ведет к росту цен. Наиболее заметно это проявилось на рынках:

• Специальных сплавов и сталей;
• Алюминия и меди;
• Микроэлектроники и оптоэлектронных компонентов;
• Продукции точного машиностроения.

По данным Росстата, индексы цен производителей промышленных товаров в 2024 году значительно выросли, что тесно связано с оборонным производством: металлургическое производство – 17,2%, производство электроники и оптики – 28,4%, машиностроение – 18,7% [7]. Для сравнения: общий индекс потребительских цен за тот же период составил 9,5%.

Совокупный спрос

Увеличение государственных расходов на оборону действует как классический фискальный импульс. Рост зарплат и инвестиций в ОПК увеличивает совокупный спрос, который при ограниченном предложении частично трансформируется в рост цен. Однако по оценкам Банка России, разрыв выпуска в 2024 году был положительным и достигал 1–1,5% потенциального ВВП, что указывает на перегрев экономики, частично спровоцированный бюджетной политикой [8].

Количественная оценка вклада

Для грубой оценки вклада ОПК в инфляцию можно использовать следующую модель:

π^ОПК = ∑_{i} w_i *∆p_i^ОПК,

где w_i — вес товарной группы в потребительской корзине, ∆p_i^ОПК — вклад оборонного спроса в изменение цен по данной группе.

Результаты расчетов по упрощенной методике представлены в таблице 1.

Таблица 1

Оценка вклада ОПК в инфляцию по каналам, 2024 г. (п.п.)

*Расчеты выполнены на основе данных Росстата, Банка России и аналитических материалов МинФина России.

Таким образом, по предварительным оценкам, от четверти до 40% наблюдаемой инфляции в 2024 году может быть связано с прямым или косвенным влиянием гособоронзаказа. Это значимая величина, игнорировать которую при формулировании денежно-кредитной политики невозможно.

Структурный аспект: перегрев отдельных секторов

Инфляционное давление распределено неравномерно по отрослям. В секторах, где пересекаются интересы ОПК и гражданского потребления, рост цен наиболее выражен. Сравнение индексов цен производителей приведено в таблице 2.

Таблица 2

Индексы цен производителей по отдельным отраслям, 2024 г., %

Источник: Росстат [7].

Как видно из таблицы 2, цены производителей в отраслях, связанных с ОПК, растут в 1,5–3 раза быстрее общего уровня потребительских цен. Это создает так называемый «инфляционный навес»: перенос растущих издержек в потребительские цены происходит с лагом в 6–12 месяцев, что означает сохранение инфляционного давления даже после замедления роста оборонных расходов.

Заключение

Гособоронзаказ в текущих масштабах становится самостоятельным фактором макроэкономической нестабильности. Его проинфляционное влияние реализуется преимущественно через рынок труда и рынок сырья, а не через классический монетарный канал. Это создает для Банка России сложную дилемму: повышение ключевой ставки сдерживает гражданский спрос, но не устраняет первопричину инфляции издержек, связанную с бюджетной политикой.

В среднесрочной перспективе стабилизация инфляции потребует либо замедления роста оборонных расходов, либо существенного расширения производственных мощностей в смежных отраслях. И то, и другое выходит за рамки мандата денежных властей и требует координации бюджетной, промышленной и региональной политики.