Abstract: The framework distinguishes inputs, outputs, outcomes and attributable impact. A hypothetical training programme costs RUB 12 million and serves 200 residents; 160 complete training, 80 gain employment and 60 retain jobs at six months. Unit cost is RUB 60,000 per participant and RUB 200,000 per sustained outcome. A synthetic group comparison produces a 20 percentage-point difference in employment changes, corresponding to 40 additional outcomes and RUB 300,000 per additional outcome. Causal claims require the comparison design assumptions to hold.
Keywords: social audit, mining enterprise, accountability, evidence, model assessment.
Введение.
Добывающие компании финансируют обучение, инфраструктуру, культуру и социальную поддержку территорий присутствия. Большой бюджет свидетельствует о ресурсах, но не определяет качество результата для жителей. Завершённый объект может быть недоступен, программа обучения — не обеспечивать устойчивую работу, а число посещений — включать одних и тех же участников.
OECD различает ресурсы, непосредственные продукты, изменения у получателей и вклад вмешательства [1, 3-5]. Европейское руководство подчёркивает необходимость учёта изменений, которые произошли бы без программы, участия иных организаций, отрицательных эффектов и ослабления результата во времени [2б 7-8]. Эти положения используются здесь как методические ориентиры, а не как обязательные отраслевые нормативы.
GRI 413 предусматривает программы, основанные на потребностях местных сообществ, участие заинтересованных сторон и оценку отрицательных воздействий [3, 5-8]. Благотворительные расходы не могут компенсировать в отчётности отсутствие анализа негативного воздействия. Цель статьи — разработать аудиторский механизм перехода от подтверждения платежа к оценке изменения жизни и доказанного вклада компании.
Материалы и методы
Начальная процедура — определение проблемы совместно с жителями. Теория изменений описывает, какие ресурсы и действия должны привести к результату, какие предпосылки нужны и кто может не получить доступ. Для программы занятости важны не только посещение курса, но и наличие рабочих мест, доступность транспорта и условий работы.
Проверка проводится по цепочке: договор и платёж — исполнение — уникальный получатель — результат — наблюдение через согласованный срок — вклад программы. Общественное мнение не заменяет проверку расходов, но помогает установить значимость и доступность результата. Согласие и защита персональных сведений обязательны для исследования.
Качество жизни рассматривается многомерно: занятость и доход, доступность услуг, время на дорогу, безопасность, участие и субъективная оценка. Изменение одного индикатора не объявляется улучшением всего качества жизни. Монетизация не обязательна и не должна вытеснять голоса групп, для которых эффект трудно выразить в рублях.
Таблица 1
Цепочка проверки
| Уровень | Индикатор | Доказательство |
| Ресурс | Фактическое финансирование | Платежи, договоры |
| Продукт | Завершённое обучение | Реестры и тесты |
| Охват | Уникальные жители | Дедупликация |
| Результат | Трудоустройство и сохранение | Согласованная проверка через 6 мес. |
| Вклад | Дополнительное изменение | Сопоставление / анализ вклада |
| Качество жизни | Доступность, безопасность, удовлетворённость | Административные данные + интервью |
Из таблицы 1 следует, что каждый переход требует нового доказательства. Платёж и акт подтверждают исполнение, но не причинный вклад и не отсутствие негативных последствий.
Nуч — уникальные участники, Nзав — завершившие программу, Nуст — устойчивые результаты, Cпр — расходы, Y — доля занятых. DID — разность изменений в программе и группе сравнения. Причинная интерпретация требует параллельных трендов без вмешательства, согласованного состава, отсутствия существенных переливов и дифференциальных внешних воздействий. Эти предпосылки не доказаны двумя числовыми точками.
Результаты
Таблица 2
Учебный пример программы
| Показатель | Значение |
| Бюджет, млн руб. | 12 |
| Участники | 200 |
| Завершили | 160 |
| Трудоустроены | 80 |
| Сохраняют занятость через 6 мес. | 60 |
| Затраты на участника, тыс. руб. | 60 |
| На завершившего, тыс. руб. | 75 |
| На устойчивый результат, тыс. руб. | 200 |
По таблице 2 завершили 80 % участников, трудоустроены 40 %, сохраняют работу 30 %. Среди трудоустроенных сохранение составляет 75 %, что не равно 75 % всех участников. Разные знаменатели должны указываться явно. Рост числа посетителей при снижении устойчивости не обязательно означает повышение результативности.
Рисунок 1 — Модельная цепочка непосредственных и устойчивых результатов
Таблица 3
Синтетическое сравнение доли занятых
| Группа | До, % | После, % | Изменение, п.п. |
| Программа | 20 | 40 | 20 |
| Сравнение | 25 | 25 | 0 |
| Разность изменений | — | — | 20 |
Таблица 3 даёт DID = (40 − 20) − (25 − 25) = 20 п.п. При 200 участниках это 40 условно дополнительных результатов. Затраты на дополнительный результат составляют 12 млн/40 = 300 тыс. руб. Это аналитический модельный эквивалент, а не установленные причинные рабочие места. Сравнение основано на долях групп, не на идентификации каждого конкретного перехода.
DID в формуле (5) выражается долей единицы. Этот расчёт относится к занятости после программы. Показатель сохранения через 6 месяцев должен анализироваться отдельно: умножение 40 на общий коэффициент 75 % без дополнительного сравнения может ошибочно предполагать одинаковую устойчивость всех групп.
Таблица 4
Чувствительность к дополнительности
| DID, п.п. | Условно доп. результатов | Стоимость, тыс. руб. |
| 10 | 20 | 600 |
| 20 | 40 | 300 |
| 30 | 60 | 200 |
Таблица 4 показывает, что вывод об удельной эффективности особенно чувствителен к дополнительности. При нулевом эффекте стоимость дополнительного результата не рассчитывается; при отрицательном следует обсуждать неблагоприятные последствия, а не создавать положительный рейтинг.
Обсуждение
Простой дизайн «до — после» не отделяет программу от общего улучшения рынка труда. При невозможности сопоставимой контрольной группы разумнее использовать анализ вклада, интервью, временные ряды и проверку альтернативных объяснений, прямо ограничивая причинное утверждение [1- 2, 8-9].
Неоднородность территорий требует разбивки по доступности и уязвимости. Отдалённые поселения, люди с ограничениями мобильности и жители вне кадрового резерва компании могут не попадать в программу. Средняя высокая удовлетворённость участников не отражает тех, кому отказали или кто выбыл. GRI 413 подчёркивает дифференцированность сообществ [3, 7].
Для добывающего предприятия финансирование подготовки жителей может одновременно решать кадровую задачу компании. Это не обесценивает программу, но цели следует раскрывать. Общественные выгоды, экономия найма и стоимость обучения не суммируются как независимый социальный возврат, если отражают одну причинную цепочку.
Сохранение занятости оценивается вместе с оплатой, условиями и добровольностью выбора. Работа с небезопасными условиями не должна автоматически считаться положительным результатом. Аналогично строительство социального объекта проверяется по эксплуатации, персоналу и доступности, а не только по сдаче здания.
В аудит включаются нежелательные эффекты: вытеснение местных работников, неравный доступ, эксплуатационные расходы муниципалитета, прекращение услуг после завершения финансирования. Пожертвования не заменяют обязанность предотвращать отрицательные воздействия основной деятельности [3, 9].
Ограничения: выборки и бюджет синтетические, параллельность трендов не проверена, статистическая значимость не оценена, монетизация качества жизни не выполнена. Для эмпирической статьи нужны база до начала, независимая оценка, согласованный план наблюдения и сравнение с альтернативами.
Выводы
- Предложена цепочка аудита, разделяющая финансирование, исполнение, охват, устойчивый результат и причинный вклад.
- В модельной программе затраты равны 60 тыс. руб. на участника и 200 тыс. руб. на сохраняющего занятость через шесть месяцев. Эти показатели отвечают разным вопросам.
- Синтетическая разность изменений 20 п.п. соответствует 40 условно дополнительным результатам и затратам 300 тыс. руб. на результат; причинность не доказана самим расчётом.
- Рекомендуется включать потребности жителей, качество и устойчивость результата, непредвиденные последствия и ограничения дизайна, не подменяя улучшение жизни суммой расходов.
Библиографический список
1. Зайнуддин Рела И., Аванг А. Х., Рамли З., Тауфик Ю., Мд Сум С., Мухаммад М. Влияние корпоративной социальной ответственности на устойчивость местного сообщества: эмпирические данные никеледобывающей промышленности Юго-Восточного Сулавеси, Индонезия // Устойчивое развитие. — 2020. — Т. 12, № 4. — Ст. 1395. — DOI: 10.3390/su12041395.2. Корво Л., Пасторе Л., Манти А., Янначи Д. Систематизация моделей оценки социального воздействия: обзор литературы и направления будущих исследований // Устойчивое развитие. — 2021. — Т. 13, № 9. — Ст. 4750. — DOI: 10.3390/su13094750.
3. Феор Л., Кларк А., Догерти И. Измерение социального воздействия: систематический обзор литературы и направления будущих исследований // Мир. — 2023. — Т. 4, № 4. — С. 816–837. — DOI: 10.3390/world4040051.
4. Синха А., Чандра Б., Мишра А. К., Госвами С. Оценка показателей качества жизни и счастья населения, затронутого проектами в угольных бассейнах Индии // Устойчивое развитие. — 2023. — Т. 15, № 12. — Ст. 9634. — DOI: 10.3390/su15129634.
5. Мухаммад С. [и др.] Программы корпоративной социальной ответственности в районах добычи: взгляды групп заинтересованных сторон в Индонезии // Коджент: социальные науки. — 2024. — Т. 10, № 1. — Ст. 2357675. — DOI: 10.1080/23311886.2024.2357675.
6. Гилло И., Биламе О., Ассенга Э. Вклад практик корпоративной социальной ответственности в благополучие сообществ вокруг золотого рудника Норт-Мара в Танзании // Международный журнал исследований бизнеса и социальных наук. — 2025. — Т. 14, № 3. — С. 42–52. — DOI: 10.20525/ijrbs.v14i3.4053.
7. Уайтли Х., Линч М., Хартфиел Н., Катберт А., Бехаррелл У., Эдвардс Р. Т. Анализ социальной отдачи инвестиций в природоориентированную программу ремесла и садоводства для психического здоровья и благополучия с использованием методов экономики здравоохранения // Международный журнал исследований окружающей среды и общественного здоровья. — 2025. — Т. 22, № 8. — Ст. 1184. — DOI: 10.3390/ijerph22081184.
8. Вукович М., Маричич Т., Пантич М., Милосавлевич Д., Токович М., Перич А. Корпоративная социальная ответственность в горнодобывающей промышленности: данные рудника Болиден Тара в Ирландии // Журнал социальной ответственности. — 2026. — Опубликовано онлайн 14 апреля 2026 г. — DOI: 10.1108/SRJ-11-2025-1216.
9. дос Рейс В. К., Оливейра Куби Г. М., Оливейра Куби Г. Ж., Соуза Ф. Р., да Кунья Родовалью Э., де Лима Х. М. Воздействие горных работ на сообщества: систематический обзор социальных, экономических, экологических, территориальных аспектов и последствий для здоровья // Устойчивое развитие. — 2026. — Т. 18, № 9. — Ст. 4208. — DOI: 10.3390/su18094208.