Abstract: This study analyzes the transformation of digital ecosystems (ECO-systems) and their symbiosis with the sharing economy model as a key driver of economic development in the modern state. The project traces the evolution of ECO-systems from simple service aggregators to complex, multidisciplinary platforms that permeate all spheres of modern society. It demonstrates that integrating sharing economy principles into the structure of digital ECO-systems contributes to the optimization of resource use, the creation of new labor markets, increased economic inclusiveness, and the stimulation of innovation. Based on an analysis of international and domestic experience (using ecosystems such as VK, Yandex, Sber, T-Bank, and others), practical recommendations for public policy aimed at supporting and regulating these phenomena are formulated.
Keywords: digital ecosystem, sharing economy, sharing economy, platform economy, integrated cities, digitalization.
Введение. Современная экономика переживает этап глубокой цифровой трансформации. Так, в условиях Четвертой промышленной революции традиционные факторы экономического роста, такие как труд, капитал, земля не только дополняются, но зачастую вытесняются новыми цифровыми факторами, происходит смена линейных бизнес-моделей на сложные, сетевые структуры — цифровые экосистемы. Которые занимают ключевое место в процессе цифровизации экономики, т.к. усиливают интеграционный потенциал экономики соучастия и трансформационное воздействие на международную экономическую обстановку и национальное хозяйство.
Параллельно с трансформацией бизнес-архитектуры набирает силу феномен экономики соучастия, основанный на совместном потреблении активов и услуг. Слияние этих двух тенденций создает мощный импульс для экономического роста, формирования новых рынков и повышения конкурентоспособности страны на глобальной арене. Изучение данного симбиоза является актуальной задачей для современной экономической науки, т.к. перспективы их роста связаны с расширение в новые сектора экономики (автоматизация услуг, кибербезопасность, аквакультура и платформенная экономика), развитием новых технологий (коллаборативных сенсорных сетей, осмотической энергетик, композитного декодирования, глубокого обучения ИИ и др.) и глобализацией платформ.
Проблема исследования. Несмотря на стремительное развитие цифровых экосистем и экономики соучастия, до сих пор отсутствует комплексное понимание их совокупного влияния на макроэкономические показатели страны. Существует разрыв между скоростью технологических изменений и адаптацией нормативно-правовой базы, что порождает риски и ограничивает потенциальные выгоды участников современного цифрового рынка.
Цель исследования. Комплексно проанализировать влияние цифровых экосистем на экономическое развитие через призму статистических данных и теоретических моделей.
Объект исследования: цифровые экосистемы и экономика соучастия.
Предметом исследования является процесс эволюции цифровых экосистем и его влияние на формирование экономики соучастия, а также на экономическое развитие страны.
Методы исследования и методологическая база. В основе исследования лежат теория платформенной экономики, институциональная экономическая теория и теория сетевых эффектов. Для достижения поставленной цели были использованы фундаментальные труды и научные публикации современных российских исследователей, а также применялись методы сравнительного и статистического анализа, общенаучной диалектики, синтеза индукции и дедукции.
Теоретико-методические основы исследования.
Обращаясь к сути понятия цифровые экосистемы, отметим, что по мнению специалистов Центра развития компетенций в бизнес-информатике НИУ ВШЭ цифровые экосистемы представляют собой, с одной стороны, комплексный проект, объединяющий большое число участников, информационных сервисов и бизнес-процессов, основанный на принципах взаимовыгодности отношений («win-win») [4, с. 52]. С другой стороны – интегрированные сети независимых но взаимосвязанных компаний, платформ, данных, пользователей и технологий, которые взаимодействуют друг с другом в едином информационно-коммуникационном пространстве.
Сегодня цифровые экосистемы рассматриваются научным сообществом в качестве эффективного механизма сотрудничества, нацеленного на объединение индивидуальных предложений различных фирм в единое предложение, ориентированное на клиента [6, с. 632].
Цифровые экосистемы, являются центральными организационными структурами цифровой экономики [3, с. 655]. Их способность к синергии, быстрой масштабируемости и созданию новой потребительской ценности оказывает трансформационное воздействие на глобальную и национальные экономики [9, с. 461].
Появление цифровых экосистем оправдано развитием: экономических факторов (ростом клиентоцентричности, ужесточением конкуренции за вниманием клиентов, созданием новых бизнес-моделей, нарастанием потребности в новых источниках доходов и новых способов снижении издержек), технологических факторов (созданием технологий бесшовных экосистем и технологий быстрого интернета и комплекса цифровых решений), социально-потребительские факторы (развития потребности пользователей в удобстве и экономии времени, а также спроса на персонализированного спроса).
Видовая структура и качественные свойства современных цифровых экосистем прошли сложный путь эволюции, который включает следующие этапы:
- Вертикальная интеграция. На данном этапе участники экосистемы чтобы повысить эффективность, снизить свои издержки и усилить контроль качества «клиентского опыта», углубили контроль над цепочкой создания стоимости в рамкаходной ключевой услуги. Например, компании Uber / Яндекс.Такси: Определили свою основную услугу – такси. Начали действовать как агрегаторы, которые не только соединяти водителей и пассажиров, но и развивали смежные сервисы. В результате ими разработаны свои картографические сервисы, собственные системы маршрутизации, платежные решения (Uber Cash, Yandex Pay), собственный автопарк, каршеринг и даже они экспериментируют с выпуском беспилотных автомобилей.
- Агрегация услуг. На данном этапе участники экосистемы чтобы усилить свою ключевую услугу, превращает свое приложение в «одно окно» для решения несколькихсмежных потребностей пользователя. При этом цифровая экосистема не обязательно создает все сервисы сама, а часто выступает площадкой для партнеров. Примеров может служить цепочка сервисных услуг известных российских экосистем, таких как Яндекс: Поиск → Карты → Такси → Доставка еды (Яндекс.Еда, часто с ресторанами-партнерами) → Доставка продуктов (Яндекс.Лавка) → Доставка товаров (Яндекс.Маркет). СберБанк: Банкинг → Инвестиции (СберИнвестор) → Страхование (СберСтрахование) → Путешествия (СберТревел).
- Формирование ядра экосистемы. Данный этап развития является самым важным, ключевым этапом, на котором все разрозненные сервисы объединяются в единое целое. «Склеивающим» элементом становится единая учетная запись (один логин и пароль для всех сервисов), единый кошелек/платежная система и общая система данных о пользователе. Например, Apple ID / Google Account представляющий собой ядро, которое связывает ваш телефон, почту, облачное хранилище, магазин приложений, подписки (Apple One / Google One) и платежи (Apple Pay / Google Pay). Или Tinkoff ID, имеющийединый вход в банковское приложение, брокерский счет, страховки, путешествия и т.д.
- Горизонтальная экспансия. На данном этапе экосистемы после формирования своего ядра начинает расширяться всовершенно новые, порою несвязанные отрасли, используя при этом свою главную силу — лояльную аудиторию и платежные возможности. Другими словами компания больше не ограничиваются своей изначальной сферой. Примером может послужить деятельность Сбера. Компании, которая из банка превратилась в IT-гиганта с облаками (SberCloud), медициной (СберЗдоровье), развлечениями (Okko), умным домом (SberDevices) и т.д. Также деятельность Amazon, компании превратившейся из онлайн-магазина книг в систему облачные вычисления (AWS), производство контента (Amazon Studios), умные колонки (Alexa) и продуктовые магазины (Whole Foods).
- Создание супер-приложений. Является финальной стадией эволюции, для некоторых компаний текущим этапом, на котором экосистема упаковывается в одно основное приложение, которое образно можно назвать «швейцарским ножом» для повседневной жизни пользователя. В такой цифровой системе основное приложение становится операционной системой, предоставляющей сторонним разработчикам инструменты для создания мини-сервисов, а супер-приложения является не просто агрегатором, а платформой, внутри которой работают тысячи мини-приложений, как от самой компании, так и от ее партнеров. Например, WeChat это классический, китайский мессенджер, социальная сеть, платежная система, платформа для заказа еды, такси, вызова врача, оплаты коммунальных услуг и много другое. Российским аналогом являются СберБанк Онлайн / Тинькофф, которые стремятся стать супер-приложениями, объединяя в себе банкинг, магазины, услуги, развлечения и чаты.
Необходимо отметить, что данный путь прошли или проходят все крупнейшие технологические компании мира, стремящиеся к доминированию на рынке.
В текущих реалиях цифровые экосистемы приобретают особую ценность для национальной экономики, которая определяется их ролью в развитии и продвижении малого и среднего бизнеса, в создании новых рабочих мест, в разрушении функционально-отраслевых барьеров на ранее сегрегированных рынках, в открытии возможности для разработки и внедрения кросс-функциональных продуктов и услуг, а также в предоставлении инфраструктуры (платежей, данных, аудитории) для быстрого масштабирования сервисов экономики соучастия.
В свою очередь экономика соучастия как инновационный фактор современного экономического развития создает новые возможности для экономического развития и роста ВВП. Так, согласно исследованию PwC на тему «Переосмысление на пороге завтрашнего дня», глобальный объем экономики соучастия к концу 2025 года достигнет 335 млрд $, что по отношению к 15 млрд $ полученных в 2015 году составляет рост в 22,5 раза [11, с. 35]. Экономика соучастия также ведет к повышению эффективности потребления ресурсов и оптимизации использования недоиспользованных активов. Так согласно аналитическим исследованиям компании БКС Мир инвестиции (BCS) при поддержке компании «Ситидрайв» рынок каршеринга в России неуклонно растет и по прогнозам к 2028 году его объём может достичь 235 млрд рублей, что позволит сократить количество автомобилей в городах на 5-10%, а следовательно на 3-5% уменьшить атмосферные выбросы [15]. Внедрение модели «экономики соучастия» способствует снижению потребительских расходов (например, по данным BlaBlaCar в 2024 году потребители (пассажиры) транспортных услуг на использовании онлайн-сервисов предоставляющих услуги райдшеринга (т.е. организующих совместные поездки нескольких человек на одном автомобиле) сэкономили 25-30% своих денег по сравнению с традиционными видами транспорта. При этом в тоже 2024 году использование сервисов P2P-аренды жилья позволило туристам оформить проживание на 15-20% дешевле, чем в отеле) [3, с. 657]. Использование платформ экономики соучастия создает новые рабочие места, предоставляя возможности для гибкой занятости и дополнительный доход гражданам. Так по данным Airbnb за 2022 год данным хостингом было поддержано 4,7 млн. рабочих мест по всему миру [17]. По данным заместителя министра экономического развития России Мурата Керефова, за 2024 год в России создано более 36 тыс. рабочих мест, из которых порядка 10% сформировано за счет деятельности Фриланс-платформ [11, с. 7]. Также по данным AutoShare CarSharing Network (Каршеринг Нетворг) водители каршеринга Москвы и Московской области в 2025 году зарабатывают в среднем 25-35 тыс. рублей в месяц дополнительного дохода [1].
Вообще экономика соучастия представляет собой новый тип экономической модели, основанной на коллективном использовании товаров и услуг при участии цифровых платформ и использовании Интернета [12, с. 98]. Основными направлениями (видами) их хозяйственной деятельности являются:
- Р2Р-аренда (т.е. это сервисы по P2P-аренде жилья (например, Яндекс Путешествия, Островок, Суточно.ру, Авито, Airbnb2 и др.); P2P-платежам или криптокошельки (например, Matbea, ByBit Wallet, Bitget Wallet и др.); P2P-инвестициях или краутлендингу (например, ВДело, Поток, JetLend и др.); P2P-кредитовании или ЦМФО (например, БезБанка, Банки,ру, Город Денег и др.);
- Совместное использование активов (т.е. это сервисы по каршерингу (например, Яндекс.Драйв, BelkaCar, Делимобиль, Ситидрайв) и по райдшерингу (например, BlaBlaCar, Drivee, Довезу.Ру);
- Фриланс-платформы (например, Avito Работа, Freelance.ru, YouDo, Kwork, FL.ru и др.);
- Обмен знаниями и образовательными услугами (например, Открытое образование, Интуит, Яндекс Практикум, Лекториум, Универсариум, Контур.Школа и др).
При этом, создаваемый экономикой соучастия ширинг-услуг увеличивают вовлеченность пользователей и ценность самой экосистемы, создавая петлю положительной обратной связи, где современные цифровые экосистемы обладают следующими свойствами.
Таблица 1
Свойства современных цифровых экосистем[1]
В данный момент практическая роль цифровых экосистем для каждого отдельно взятого хозяйствующего субъекта обусловлена свойствами ее компонентов, таких как:
- Ядро и/или цифровая платформа выступает технологической основой масштабирования деятельности компаний. Например, такие платформы как «Госуслуги», Allibaba, iOS, Android Group, Wildberries, «Тинькофф», Сбер, ВТБ.
- IT-инфраструктура включает облачные вычисления, цифровые платежные системы, программное обеспечение, в том числе на базе искусственного интеллекта, которые обеспечивают основу для обработки, хранения и передачи информации, а также поддерживают функционирование взаимосвязанных информационных систем, сервисов и технологических решений.
- Цифровые активы в виде алгоритмов, групп данных и программных интерфейсов, используемые для сокращения издержек по внедрению, использованию и обслуживанию IT-инфраструктуры.
- Участники цифровой экосистемы, такие как компании — производители товаров/услуг, разработчики, пользователи, платформы и партнеры оптимизируют инвестиционные потоки, повышаю синергетический эффект от взаимодействия и балансируют между собой чтобы достичь сбалансированности экосистемы.
Кроме всего прочего, все возрастающая ценность цифровых экосистем определяется их платформенным характером, позволяющим синхронизировать деятельность множества экономических субъектов вокруг центральной платформы, по совместному поиску доступных ресурсов, созданию и обмену новых потребительских ценностей.
Анализ современного состояния и тенденций развития цифровых экосистем и экономики соучастия как факторов экономического роста позволил выявить:
Глобальных лидеров, таких как Amazon прошедшей путь от онлайн-ритейла к облачным технологиям (AWS), стримингу, умному дому; Alphabet (Google) прошедшей путь от поиска к ОС Android, YouTube, облачным сервисам, беспилотным автомобилям; Tencent (WeChat) ставшим «супер-приложением», объединяющим мессенджер, соцсеть, платежи, госуслуги.
Российских лидеров, таких как: VK прошедшей путь от соцсети к экосистеме с играми, образованием, здравоохранением, такси и доставкой; Yandex являющейся классическим примером эволюции от поисковика к сервисам такси, картам, медиа, облаку и «умному» городу; Компания Сбер прошла трансформацию из традиционного банка в технологическую экосистему (СберБанк Онлайн, СберМаркет, СберЗдоровье).
Результаты исследования.
Развития цифровых экосистем и экономики соучастия на экономическое развитие страны имеет следующие эффекты:
- Макроэкономические:
- Наблюдается рост ВВП за счет создания новых цифровых отраслей и повышения эффективности традиционных отраслей.
- Наблюдается повышение производительности труда за счет автоматизации и оптимизации рабочих процессов.
- Наблюдается увеличение налоговых поступлений в результате роста прибыли компании и формализации сделок.
- Микроэкономические:
- Наблюдается снижение цен, повышение удобства, персонализация услуг для потребителей;
- Наблюдается масштабирование новых каналов сбыта, рост доступа к релевантным данным, снижение барьеров для выхода на рынки для бизнеса.
- Социальные:
- Новые формы занятости с гибким графиком работы, неполным рабочим днем или неделей, и проектным типом трудоустройства;
- Растёт социальная ответственность и инклюзивность в бизнесе, в государстве и в целом в обществе;
- На основе данных ЭКО-систем активно развиваются «умные» города и «умная» инфраструктура.
Также проведенная оценка влияния эволюции цифровых экосистем и экономики соучастия на социально-экономическое развитие страны позволила выявить и сгруппировать по уровням воздействия следующие проблемы и риски для качественного продолжения данного процесса и сохранения положительного эффекта от его реализации (Табл. 2).
Таблица 2
Проблемы и риски развития цифровых экосистем[2]
Для смягчения и нейтрализации негативных последствий от эволюции цифровых экосистем и экономики соучастия, а также для возможности осуществления качественное продолжение эволюции, необходимо осознание этих рисков и выработка сбалансированной государственной политики, которая будет:
- Стимулировать развитие инноваций, но защищая права граждан и гарантируя честную конкуренцию.
- Способствовать инвестированию в цифровую инфраструктуру и образование, чтобы сократить цифровое неравенство.
- Создавать гибкое «антихрупкое» регулирование(т.е. исключить действие принципов «подразумеваемого согласия», «отсутствие явного запрета на использование» и «права на портативность данных», а также рассмотреть возможности использования специального правового режима «регуляторная песочница»).
- Развивать национальные технологические компетенциидля обеспечения цифрового суверенитета.
Без этого развитие цифровых экосистем и экономики соучастия может привести не к прогрессу, а к усилению социально-экономических диспропорций и созданию новых, цифровых форм зависимости и неравенства.
Заключение (выводы).
Проведенное исследование подтвердило гипотезу о том, что эволюция цифровых экосистем и их интеграция с моделью экономики соучастия является значимым фактором экономического развития любой страны. Данный симбиоз способствует структурным изменениям в экономике, стимулирует инновации и создает новые источники роста. Однако для максимизации положительных эффектов и минимизации рисков требуется продуманная сбалансированная государственная политика, направленная на создание цифровой среды.
[1] Составлено автором.
[2] Составлено автором.
Библиографический список
1. Адрианова Д., Вебер А. Каршеринг поднимается в гору. // Комерсантъ. – 2025. – № 185. – С.1. https://www.kommersant.ru/doc/80994072. Володина Н.Л. Преимущества создания цифровой экосистемы. // Организатор производства. – 2021. – № 29(4). – С. 104-114.
3. Иванов А.Л., Шустова И.С. Исследование цифровых экосистем как фундаментального элемента цифровой экономики. // Креативная экономика. – 2022. – Т.14, – №5. – С. 655-670.
4. Казакова З.М., Иванов З.А., Татаров Т.К., Шабатуков И.А., Шугушлов С.З. Цифровые экосистемы. // Информационная экономика: информация, аналитика, прогнозы. – 2024. – №2. – С.123-129.
5. Карелина Е.А., Сидоренко В.С. Цифровая экосистема как драйвер технологического лидерства Российской Федерации: концептуальные подходы и механизмы реализации. // Вестник университета. – 2025. – № 8. – С. 112-126.
6. Ларионов В.Г., Шереметьева Е.Н., Горшкова Л.А. Инновационные экосистемы в цифровой экономике. // Вестник Астраханского государственного технологического университета. Серия: Экономика. – 2021. – №1. – С. 49-56.
7. Матунов А.Я. Цифровая экосистема: становление новой категории конкурентного права. // Российское конкурентное право и экономика. –2024. – № 4. – С. 14-19.
8. Панфилова Е.Е. Формирование экосистем и платформ в цифровой экономике. // Московский экономический журнал. – 2022. – №1. – С. 632-642.
9. Прокопенко З.В. Теоретико-методологические подходы анализа экосистемности в экономике. // Вестник Алтайской академии экономики и права. – 2023. – № 12 (часть 3) – С. 459-464.
10. Прохоров А.П., Кашицына Е.Г., Сарибеков Р.К. Факторы и условия новый модели экономического развития РФ. // Научный журнал НИУ ИТМО. Серия Экономика и экологический менеджмент. – 2024. – № 4. – С. 3-12.
11. Цифровая экономика: 2025: краткий статистический сборник / В.Л. Абашкин, Г.И. Абдрахманова, К.О. Вишневский, Л.М. Гохберг и др.; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М.: ИСИЭЗ ВШЭ, 2025. – 120 с.
12. Цифровые платформы и экосистемы в государственном управлении: монография / под ред. Е.В. Васильевой, Б.Б. Славина. – М.: ИНФРА-М, 2024. – 204 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/2021353.
13. Экосистемы в цифровой экономике: драйверы устойчивого развития. // Монография. Под ред. Бабкина А.В. – СПб.: ПОЛИТЕХ-ПРЕСС, 2021. –778 с.
14. Hovenkamp Herbert. Antitrust and Platform Monopoly // The Yale Law Journal. – 2021. – Vol. 8. – Pр. 1952-2050.
15. McKinsey &Company. Global Banking Practice. The Ecosystem Playbook: How to Survive and Thrive in the Age of Ecosystems. – 2024. – Vol. 16. – Pр. 1-33. – URL: https://www.mckinsey.com/~/media/mckinsey/industries/financial%20services/our%20insights/winning%20in%20a%20world%20of%20ecosystems/winning-in-a-world-of-ecosystems-vf.pdf
16. Nazzini Renato. The Evolution of the Law and Policy on Tying: A European Perspective From Classic Leveraging to the Challenges of Online Platforms // Journal of Transational Law and Policy. – 2021. – Vol. 27. – Pр. 1-66.
17. Stuart Crainer. Welcome to the age of ecosystems. // Global Focus is the EFMD Business Magazine. – 14 September 2022. – Vol. 16. – Pр. 1-3. – URL: https://globalfocusmagazine.com/welcome-to-the-age-of-ecosystems/