В современной мировой экономике, характеризующейся высокой динамикой и научно-техническим прогрессом, здравоохранение трансформируется из социальной услуги в высокотехнологичную отрасль, главную роль в которой играют международные медицинские кластеры. ММК – инновационные хабы, аккумулирующие передовые цифровые технологии и научные исследования, позволяющие открывать возможности для персонализированной медицины, биотехнологий, телемедицины, использование которых требует кооперации между врачами, учеными, бизнесом и государством. Ведущие страны активно инвестируют в медицинские кластеры, так как они привлекают иностранных пациентов, увеличивая экспорт услуг, стимулируя развитие смежных отраслей и коммерциализацию научных разработок, а также создание высококвалифицированных рабочих мест.

Медицинские кластеры становятся комплексной экосистемой, включающей медицинские учреждения, научно-исследовательские и образовательные организации, биотехнологические и фармацевтические компании и являются инструментом экономического роста.  Такой формат признан во всем мире как наиболее эффективный для развития здравоохранения. [7]

Согласно данным международных аналитических платформ, включая TCI Network, European Cluster Observatory и European Cluster Collaboration Platform, существуют 40 медицинских кластеров, сконцентрированных в странах с высокоразвитой медицинской инфраструктурой, либо с активно развивающимся сектором медицинского туризма. Кластеры обладают общими характеристиками: высокая международная репутация, участие в модернизации национальных систем здравоохранения, включают в свой состав ведущие медицинские учреждения. Их дифференциация обусловлена различиями в рыночных позициях, степени активности участников и применяемых моделях управления. [25] Разновидности кластеров представлены на рисунке 1.

Рис. 1 Разновидности медицинских кластеров в мировой практике [5]

ММК могут быть классифицированы по трем основным категориям [36]

• Глобальные кластеры высокотехнологичной медицины специализируются на предоставлении сложных медицинских услуг с ориентацией на международный рынок. Их особенностью является экспортноориентированная модель деятельности, предполагающая оказание высококвалифицированной помощи пациентам из различных стран.
• Биомедицинские исследовательские кластеры специализируются на трансфере научных разработок в клиническую практику. Их функционирование базируется на взаимодействии университетских клиник, научно-исследовательских центров и индустриальных партнёров, что обеспечивает ускоренную коммерциализацию инновационных медицинских технологий.
• Кластеры международного медицинского туризма формируются на основе интеграции медицинских учреждений с предприятиями туристской индустрии, включая отели, СПА-центры и транспортные компании. Они предлагают комплексный сервис, сочетающий лечебные процедуры с рекреационными услугами, при сохранении экономически обоснованной стоимости лечения.

Среди наиболее значимых международных медицинских кластеров особого внимания заслуживает Cambridge Medical Campus (Великобритания), представляющий собой интегрированную экосистему, объединяющую академические институты, клинические центры и исследовательские организации. На его территории функционируют свыше 40 биомедицинских структур, включая ведущие научные центры и университетские госпитали. Отличительной характеристикой кластера выступает эффективная система трансфера технологий, обеспечивающая быстрый переход от фундаментальных исследований к их клиническому применению.  [19]

В Германии медицинский кластер Medical Valley EMN специализируется на разработке инновационных и прорывных технологий. В его составе функционируют свыше 250 компаний и 15 научно-исследовательских институтов, совместно реализующие проекты цифрового здравоохранения, роботизированной хирургии и телемедицины. Основным конкурентным преимуществом кластера является обеспечение полного инновационного цикла — начиная с генерации научных исследований и завершая промышленным производством медицинского оборудования, что способствует эффективному внедрению передовых технологий в практическую медицину.  [33]

Обеспечение полного инновационного цикла с последующей коммерциализацией характерно для современных исследовательских кластеров. В частности, стратегия Cambridge Biomedical Campus «Vision 2050» ориентирована на формирование интеллектуально насыщенной среды, ускоряющей процессы открытия, масштабирования и вывода разработок на рынок, а также на создание устойчивого профессионального сообщества, способствующего привлечению и удержанию высококвалифицированных кадров.

В сфере биомедицинских исследований особый интерес представляет трансграничный кластер Medicon Valley (Дания/Швеция), включающий 12 университетов и 550 биотехнологических предприятий, осуществляющих совместные разработки в фармацевтике и медицинском приборостроении. Существенным фактором успеха стала унифицированная инфраструктура клинических испытаний, значительно сокращающая сроки внедрения инновационных решений. [34]

Французский кластер Lyonbiopôle представляет собой эффективную модель специализированного научно-исследовательского объединения, ориентированного на изучение инфекционных заболеваний и разработку вакцин. Согласно данным корпоративного отчёта, в состав кластера входят 120 организаций, среди которых крупные фармацевтические компании, научно-исследовательские институты и университетские центры. Фокусировка ресурсов на главных направлениях исследований позволяет Lyonbiopôle занимать ведущие позиции в своей специализированной области. [32]

Среди кластеров медицинского туризма выделяется хорватский Kvarner Health Tourism Cluster, успешно интегрирующий лечебные услуги с курортной инфраструктурой. Данные отраслевого мониторинга фиксируют объединение 32 отельных комплексов и 15 специализированных клиник, предлагающих комплексные программы реабилитации с использованием уникальных природных терапевтических факторов региона. [30]

Литовский кластер медицинского туризма LITCARE является примером успешной специализации в области стоматологических и репродуктивных услуг, ориентированных на международных пациентов. Кластер демонстрирует устойчивый ежегодный рост показателей в диапазоне 15-20 %, что обусловлено эффективным сочетанием высокого качества медицинских услуг и конкурентоспособных цен. Внедрённая система комплексного медицинского сопровождения обеспечивает полный цикл обслуживания иностранных пациентов, способствуя повышению привлекательности кластера на международном рынке медицинского туризма. [31]

Таким образом, специализация кластера формирует его уникальный профиль. Можно выделить три обобщающие модели: исследовательско-инновационную, сервисно-ориентированную и интегрированную. [25]

1) Исследовательско-инновационная модель представляет собой кампус или научно-технологический центр, сформированный вокруг ведущих университетов. Основная цель — эффективная передача технологий из научной среды в реальный сектор. Примерами являются Cambridge Medical Campus (Великобритания), где действует концепция открытого доступа к лабораториям, и японский кластер KOBE, известный своей методикой внедрения клеточной терапии в практику. Руководство подобными центрами концентрируется на управлении исследовательскими проектами и потоком венчурных инициатив.

2. Сервисно-ориентированная (туристическая) модель — сеть частных клиник, тесно связанна с инфраструктурой гостеприимства и логистики. Она формирует конкурентоспособные комплексные предложения для международных пациентов, например, сеть госпиталей в Таиланде (Bumrungrad) и Литовский кластер LITCARE, где главными процессами являются управление клиентским опытом и партнёрствами с туроператорами.
3. Интегрированная, или производственно-технологическая—наиболее сложная и комплексная модель, которая реализуется как отраслевой или региональный кластер при участии государства и частного бизнеса. Она охватывает всю цепочку создания стоимости: от фундаментальных исследований и разработок до серийного производства и оказания медицинских услуг конечным пациентам. Примером служит немецкий кластер Medical Valley EMN, где интегрированы процессы разработки и производства медицинского оборудования. Российский инновационный центр «Сколково» стремится объединить на своей площадке клинические исследования, научно-технические разработки и импортозамещение технологий. Основная задача управления такой экосистемой заключается в сложной координации многочисленных участников и реализации кросс-функциональных проектов, соединяющих науку, промышленность и клиническую практику.

Каждая модель ММК формирует уникальную инвестиционную управленческую среду. Исследовательская модель требует глубоких знаний в науке и венчурных инвестициях. Сервисная модель строится на экспертизе в маркетинге и создании клиентского опыта. Интегрированная модель нуждается в навыках системной координации и организации государственно-частного партнерства.

Таблица 1

Операционно-управленческий профиль моделей международных медицинских кластеров^[1]

Одним из направлений развития ММК является медицинский туризм, который обеспечивает приток иностранной валюты и повышение глобальной узнаваемости. Пациенты целенаправленно выезжают за рубеж для получения платных медицинских, профилактических или реабилитационных услуг.  Объём рынка медицинских услуг в 2024 году оценивался в 144,5 млрд долл. США, а к 2033 году прогнозируется до 704,8 млрд долл. США при среднегодовом темпе роста 19 %. Основным двигателем роста выступает Азиатско-Тихоокеанский регион, на который приходится более четверти рынка. [27] Лидерами являются Таиланд, Индия, Сингапур, Малайзия, Южная Корея, а также страны Ближнего Востока (ОАЭ, Саудовская Аравия) и Израиль.

Россия демонстрирует высокие темпы роста въездного потока в нашу страну. За последние пять лет он увеличился более чем в пять раз, превысив 21,5 млн человек в 2024 году. Основную долю туристов составляют граждане стран СНГ, растёт интерес со стороны Китая, направившего более 200 тысяч пациентов на высокотехнологичное лечение, а также из стран Ближнего Востока. Главным конкурентным преимуществом России становятся не низкие цены, а передовые услуги в таких областях, как клеточная и генная терапия, роботизированная хирургия, трансплантология и ядерная медицина, где отечественные клиники показывают уровень мирового класса. [16]

Рис. 2 Биомедицинские кластеры из стран-лидеров по медицинскому туризму [5]

Основными странами-лидерами медицинского туризма являются Южная Корея, Таиланд, Израиль, США, Германия и Нидерланды, каждая из которых формирует уникальную модель с акцентом на специализированные услуги и интеграцию науки и здравоохранения.

Модель международных медицинских кластеров в Южной Корее ориентирована на биомедицинские инновации, государственную поддержку и интеграцию с медицинским туризмом. Инструментами реализации стратегии выступают экспорт медицинских услуг, либерализация визового режима и расширение сети специализированных клиник для иностранных пациентов, количество которых превысило 50 учреждений в 2023 году. Стратегическим приоритетом является развитие персонализированной медицины, что соответствует глобальным трендам здравоохранения и укрепляет конкурентные позиции страны на международном рынке медицинских услуг. [28] К сильным сторонам относится комплексная государственная поддержка, включающая инвестиции в размере 2,2 трлн вон в фармацевтические разработки и создание специализированного фонда биовакцин объемом в 1 трлн вон до 2030 года. Значительным преимуществом остается динамичный рост медицинского туризма на уровне 1,14 млн туристов в 2025 году, с доминированием косметологических и пластических услуг. Стратегическая конвергенция технологий искусственного интеллекта, анализа больших данных и биомедицины формирует устойчивые конкурентные преимущества на глобальном уровне. Слабые позиции включают географическую зависимость от азиатских рынков и России, создающих геополитические риски, а также бюрократические барьеры, замедляющие развитие инфраструктуры и подготовку кадров.

Модель международных медицинских кластеров в Таиланде ориентируется на интеграцию частных госпиталей, туризма и государственной поддержки. К сильным сторонам относится ценовая конкурентоспособность с сохранением международных стандартов качества, что подтверждается JCI-аккредитацией ведущих клиник типа Bumrungrad при стоимости услуг на 50-70 % ниже западных аналогов. Интеграция медицинских и wellness-услуг в курортных зонах формирует уникальную туристическую экосистему. К слабым — диспропорция доступности медицинских услуг, выражающаяся в перегруженности государственного сектора, и в зависимости от туристских потоков, создающая риски при внешних шоках и усилении региональной конкуренции. [18]

Израильская модель международных медицинских кластеров базируется на интеграции исследовательских центров, клинических учреждений и инновационных компаний.  Проектом выступает Health Tech Valley — комплекс стоимостью 120 млн долл. США, расположенный рядом с медицинским центром «Шеба» и университетом Бар-Илан. Инфраструктура кластера включает 20 специализированных лабораторий, ориентированных на разработки в области биопечати органов, медицинской робототехники и генной инженерии, что обеспечивает ускоренную трансляцию научных достижений в клиническую практику. Стратегическими специализациями выступают персонализированная терапия, онкология и кардиология. Высокотехнологичные медицинские центры «Ихилов» и «Хадасса» привлекают международных пациентов, укрепляя статус страны, как глобального центра инноваций. [29] К сильным сторонам относится технологическое лидерство в биомедицине, включая разработки в области 3D-биопечати и роботизированной хирургии. Эффективная кластерная экосистема обеспечивает ускоренную коммерциализацию исследований через интеграцию академических институтов и клинических центров. Высокотехнологичный медицинский сервис поддерживает устойчивый поток пациентов из Европы и Азии. Основные ограничения включают геополитическую нестабильность, создающую риски для инвестиционной привлекательности  и относительно высокую стоимость медицинских услуг по сравнению с азиатскими конкурентами, что ограничивает потенциал роста медицинского туризма.

Американская модель международных медицинских кластеров характеризуется ориентацией на высокотехнологичные медицинские услуги, клинические исследования и стратегическую интеграцию академических медицинских центров с коммерческим сектором. Они сконцентрированы в Бостоне, Майами, Хьюстоне и Сан-Диего и специализируются на передовых направлениях, включая генную терапию, телемедицинские решения, роботизированную хирургию и персонализированные протоколы лечения. Соединенные Штаты сохраняют позиции глобального лидера медицинских инноваций благодаря развитой инфраструктуре научно-исследовательских институтов и фармацевтических корпораций, а также строгим стандартам безопасности и этическим нормам, обеспечивающим доверие международных пациентов и инвестиционное преимущество на мировом рынке медицинских услуг. К сильным сторонам относится технологическое лидерство в области медицинских инноваций с развитой экосистемой международных конференций и выставок, способствующих профессиональному обмену. Интеграция передовых технологий: искусственного интеллекта, телемедицины и блокчейн-решений обеспечивает высокие стандарты сервиса и безопасность медицинских услуг. Однако, высокая стоимость медицинских услуг существенно ограничивает доступность для пациентов из развивающихся стран, сужая потенциальную клиентскую базу. Растущая конкуренция с новыми медицинскими направлениями, предлагающими аналогичные услуги по более низким ценам, создает дополнительное давление на ценовую политику. Указанные проблемы усугубляются структурным дефицитом квалифицированных медицинских кадров, который усиливается высокой текучестью специалистов, мигрирующих в более привлекательные страны.

Немецкая модель международных медицинских кластеров интегрирует клинические исследования, фармацевтику и производство медоборудования. Дюссельдорфский кластер с выставкой MEDICA служит глобальной платформой для демонстрации инноваций в диагностике и телемедицине. Приоритет отдается европейским стандартам качества и цифровой трансформации, включая телемедицинские решения и мобильные сервисы для удаленных регионов. ММК демонстрируют эффективную интеграцию промышленного потенциала, науки и клинической практики в единой экосистеме. К сильным сторонам относятся строгие стандарты качества, обеспечивающие лидерство в клинических исследованиях, инновационная экосистема с интеграцией промышленного производства медицинского оборудования, а также высококвалифицированные кадры с продолжительным периодом подготовки. К слабым — двойная система страхования, создающая неравенство в доступе к медицинским услугам, когда частные пациенты получают приоритетное обслуживание, а также высокая стоимость, снижающая привлекательность для иностранных пациентов, нехватка врачей и бюрократические барьеры, затрудняющие развитие медицинской инфраструктуры в отдаленных регионах, что ограничивает конкурентоспособность Германии на мировом рынке медицинского туризма и препятствует равномерному развитию системы здравоохранения на территории страны.

Голландская модель  международных медицинских кластеров основана на интеграции академических медицинских центров, частного сектора и государственных институтов. Стратегическими направлениями развития являются реабилитационная медицина, внедрение инновационных медицинских технологий и создание устойчивых систем здравоохранения. Особое внимание уделяется цифровой трансформации через интегрированные телемедицинские платформы, электронные медицинские карты и системы управления здравоохранением. Главной особенностью ММК выступает формирование мультисекторальных партнерств, объединяющих IT-компании, биотехнологические и фармацевтические предприятия. Данный подход создает комплексную экосистему, способствующую развитию медицинского туризма и апробации инновационных моделей первичной помощи и профилактической медицины. Они обладают тремя основными преимуществами: высокие позиции в европейских рейтингах, тесное сотрудничество науки и бизнеса, удобная система лечения для пациентов. К слабым сторонам можно отнести небольшие масштабы по сравнению с мировыми лидерами, зависимость от сложного взаимодействия между участниками,  ориентация на европейских пациентов при высокой конкуренции с азиатским рынком.

Прямые иностранные инвестиции (ПИИ) являются катализатором развития ММК и способствуют созданию комплексных экосистем, объединяющих исследовательские центры, клинические учреждения и производственные мощности.

США сохраняют позиции глобального центра медицинских инноваций, концентрируя значительную долю венчурных инвестиций благодаря развитой экосистеме стартапов и регуляторным преимуществам, включая ускоренные процедуры одобрения FDA для систем диагностики на основе искусственного интеллекта. Китай демонстрирует объем инвестиций в 320,8 млрд юаней за первые четыре месяца 2025 года, несмотря на снижение на 10,9 %, обусловленное геополитическими факторами. Европейский союз, в частности, Германия через такие платформы как MEDICA, поддерживает конкурентоспособность в области медицинских технологий. [23]

Развивающиеся рынки демонстрируют рост инвестиционной привлекательности. Южная Корея и Индия направляют ресурсы в развитие телемедицинских решений и мобильных платформ для обеспечения массового охвата населения. Мировой рынок цифрового здравоохранения прогнозируется с 387,8 млрд долл. США в 2025 году до 2,19 трлн долл. США к 2034 году со среднегодовым темпом роста 21,2 %, чему способствует распространение смартфонов и интеграция искусственного интеллекта в медицинские услуги. [35, 21]

Рис. 3 Структура глобальных ПИИ в здравоохранение (2025) [22]

Распределение инвестиций по сегментам цифрового здравоохранения характеризуется значительной диспропорцией. Наибольшая доля финансирования (60 %) приходится на технологии искусственного интеллекта и больших данных, а также инвестиции сосредоточены в предиктивную диагностику и автоматизацию медицинских процессов. Сегменты телемедицины и робототехники занимают 20-25 % при среднем размере сделки 24,4 млн долл. США. На разработки в онкологии и генетике приходится около 15 % инвестиций. Диагностика и документооборот доминируют благодаря быстрой окупаемости, тогда как лечебные направления испытывают дефицит инвестиций из-за регуляторных барьеров. [22]

Прямые иностранные инвестиции в международные медицинские кластеры концентрируются в трех основных направлениях: развитие инфраструктуры, включая клиники и научно-исследовательские центры; диагностические технологии на основе искусственного интеллекта и визуализации; и лечебные направления, такие как онкология и кардиология. Мировой рынок медицинских технологий в ММК оценивался в 175 млрд долл. США в 2025 году. [27, 35] В азиатском регионе объем инвестиций в один кластер достигает до 1,5 млрд долл. США.

Российская Стратегия развития здравоохранения до 2030 года, утвержденная Указом Президента № 896 от 8 декабря 2025 года, предусматривает создание федеральных цифровых медицинских кластеров с инвестициями 1–1,5 млрд руб.  в каждый хаб. [2] Израиль сконцентрирован на высокотехнологичных решениях, как в проекте Health Tech Valley с инвестициями 120 млн долл. США в биопринтинг и исследования. США сохраняют лидерство в научных разработках с ежегодным объемом финансирования свыше 5 млрд долл. США в диагностические технологии. Китай и Индия демонстрируют значительный прирост, привлекая 37 млрд долл. США в развивающиеся медицинские кластеры с ростом 9 %. [26]

Рис. 4 Распределение глобальных ПИИ в здравоохранение по ключевым сегментам (2025 г.) [24]

Географическая специализация показывает различные приоритеты: США и Европейский союз — исследовательские направления, азиатские страны — медицинский туризм и инфраструктура, Россия — масштабные инфраструктурные проекты, включая план развития 20 клиник с бюджетом около 1 млрд долл. США к 2029 году. [4] Для России, стремящейся реформировать здравоохранение и диверсифицировать экономику, привлечение ПИИ – это важнейшая стратегическая задача, обеспечивающая реализацию проектов медицинских кластеров.

Транснациональные корпорации занимают центральное место в финансировании ММК, демонстрируя различные инвестиционные стратегии в зависимости от региона. В развитых странах ТНК концентрируются на высокотехнологичных направлениях: GE Healthcare и Siemens Healthineers активно инвестируют в разработку систем визуализации, искусственного интеллекта для диагностики и роботизированных решений. Участие Siemens в экосистеме MEDICA в Дюссельдорфе способствует укреплению лидерства Европейского союза в производстве медицинского оборудования, с фокусом на физиотерапию и лабораторные услуги.

Американский медицинский центр UPMC инвестирует в инфраструктуру российских и израильских кластеров. Эти инвестиции обеспечивают трансфер управленческих технологий и клинических протоколов в области онкологии, укрепляя глобальную сеть международных медицинских кластеров и способствуя стандартизации медицинской помощи на международном уровне.

Прямые иностранные инвестиции играют системообразующую роль в развитии ММК, обеспечивая как стратегическое финансирование крупномасштабных инфраструктурных проектов, так и поддержку инновационных стартапов, в частности, в области искусственного интеллекта (ИИ). Инвестиционная модель таких фондов включает применение механизмов государственно-частного партнерства (ГЧП) для диверсификации рисков.

Международные фонды демонстрируют разнообразные инвестиционные стратегии. Например, фонд CB Insights фокусируется на поддержке ИИ-стартапов, осуществляя сделки со средней стоимостью 24,4 млн долл. США на фоне роста рынка слияний и поглощений (M&A). [24] Корейские фонды инвестируют значительное средства, порядка 1-1,5 млрд долл. США, в развитие кластеров медицинского туризма в азиатском регионе. [17]

Израильская модель демонстрирует эффективность партнерства университета Бар-Илан и медицинского центра «Шеба» в рамках проекта Health Tech Valley с общим объемом инвестиций 120 млн долл. США, что обеспечивает синергию передовых исследований в области генной инженерии, биопринтинга и искусственного интеллекта для развития персонализированной медицины.

Стратегические альянсы в онкологии и кардиологии способствуют двукратному повышению операционной эффективности по потоку пациентов, обеспечивая внедрение международных медицинских стандартов.

Привлечение прямых иностранных инвестиций в медицинские кластеры отличается от других отраслей, поскольку важен не размер капиталовложений, а стратегический доступ к уникальным нематериальным активам: патентам, клиническим протоколам, базам данных и экспертизе. Данные активы крайне уязвимы и требуют жёсткого контроля, инвесторы выбирают не рыночные сделки, такие как лицензии или франшизы, а формы прямого присутствия, как филиалы и совместные предприятия, что позволяет сохранять полный контроль над качеством, защищать интеллектуальную собственность и соответствовать строгим международным стандартам. Современный фокус на цифровую медицину и ИИ доказывает, что контроль над технологиями и данными важнее быстрой прибыли.

Развитие ММК является стратегическим инструментом повышения конкурентоспособности отечественного высокотехнологичного здравоохранения. Московский международный медицинский кластер в «Сколково» создан в ответ на вызовы глобального здравоохранения: сокращение выездного медицинского туризма граждан, развитие импортозамещающих медицинских технологий в условиях санкционного давления и организация трансфера передовых медицинских технологий. Инвесторами МММК выступают Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ) в кооперации с Фондом развития международных медицинских кластеров (ФРММК), который предусматривает строительство 10-15 клиник на территории площадью 57 гектаров, при этом 9 млрд рублей уже инвестировано в развитие сопутствующей городской инфраструктуры, включая диагностический корпус объемом 13 тыс. кв. метров. [15]

Корпорация «Росатом» инвестирует 30 млрд рублей в создание комплексной системы международного медицинского кластера на Сахалине, охватывающий весь цикл – от научных исследований до реабилитации. Это демонстрирует потенциал для эффективного замещения традиционных ПИИ-фондов за счет корпоративных инвестиций в стратегически важные проекты.

На развивающихся рынках ТНК переходят к инфраструктурным инвестициям. Израильский медицинский центр Хадасса привлек 40-50 млн долл. США частного капитала для реализации проекта в Московском инновационном кластере Сколково. Инвестиции направлены на приобретение циклотрона и радиотерапевтического оборудования, организацию образовательных программ для 300 специалистов и покрытие операционных расходов на десятилетний период. Проект реализуется в партнерстве с группой МСК при правовой поддержке федерального законодательства. [11] Специальный правовой и инвестиционный режим, закрепленный Федеральным законом № 160‑ФЗ, предусматривает преференцию для инвесторов — возможность использования разрешительной документации, лекарственных препаратов и медицинских изделий, зарегистрированных в странах ОЭСР, без прохождения полноценной российской сертификации. Данный механизм существенно снижает регуляторные барьеры, формирует условия для ведения бизнеса и выступает важнейшим стимулом для привлечения ПИИ.

Российского фонд прямых инвестиций участвует в привлечении и структурировании стратегических ПИИ. К 2029 году прогнозируется привлечение частных инвестиций в размере 90 млрд рублей. В результате сложилась комбинированная модель, включающая государственные инфраструктурные вложения, частные операционные инвестиции и стратегические ПИИ иностранных медицинских операторов, среди которых «Хадасса», UPMC и южнокорейская «умная больница». [14]

ММК «Сколково» ориентирован на импортозамещение важных технологий, трансфер компетенций и развитие экспорта медицинских услуг, что выводит за пределы классически туристической или инновационной модели.

В отличие от Таиланда, где ПИИ в кластеры обслуживают рост медицинского туризма, для российских ММК базовым драйвером становится обеспечение технологического суверенитета и снижение зависимости от внешних рынков высокотехнологичной помощи. По этому параметру кластер сближается с азиатской моделью, характерной для Южной Кореи и Японии, где государство целенаправленно использует ПИИ для закрепления технологического лидерства. В американо‑израильской модели акцент на трансфере технологий и управленческих практик от иностранных партнеров, где ПИИ служат основным ресурсом для масштабирования стартапов и коммерциализации инноваций, в «Сколково» доминирует логика инфраструктурного догоняющего развития. Таким образом, российский кластер формирует гибридную модель: стратегически он ближе к азиатской государственно управляемой, а элементы рыночной экспансии и экспорта услуг остаются вспомогательными.

Потенциал интеграции с растущим рынком оздоровительного туризма может усилить экономическую устойчивость российских ММК, которые могут сочетать высокие медицинские технологии и комплексный wellness.

Развитие медицинского туризма в России приобретает стратегическую значимость, что подтверждается его включением в национальный проект. В качестве инновационной институциональной модели выступает международный медицинский кластер, расположенный в инновационном центре «Сколково», обладающий особым правовым режимом, предусматривающим разрешение на применение в клинической практике незарегистрированных на территории РФ лекарственных средств и медицинского оборудования, а также использование иностранных клинических протоколов. Данные условия создают конкурентные преимущества, способствующие привлечению иностранных пациентов преимущественно из стран СНГ, Ближнего Востока и Азии, а также ведущих медицинских операторов — на текущий момент заключены соглашения с двенадцатью клиниками из Израиля, Южной Кореи и Японии — и фармацевтических компаний, заинтересованных в организации исследовательских и опытно-конструкторских центров для адаптации лекарственных препаратов к требованиям Евразийского экономического союза.

Экономическое воздействие проекта выражается в трех основных аспектах. Во-первых, прямые эффекты проявляются в прогнозируемом ежегодном притоке 25–30 тысяч медицинских туристов к 2026 году с оборотом в 15–20 млрд рублей. Во-вторых, косвенные выгоды обеспечиваются трансфером более сорока медицинских технологий в рамках обязательной программы локализации. В-третьих, институциональное влияние заключается в апробации новых моделей аккредитации медицинских организаций, включая внедрение семи международных стандартов Joint Commission International (JCI). [20]

Расширение модели международных медицинских кластеров планируется в Калининградской области, Приморском крае и Иркутской области с учетом дифференцированного подхода. Калининградский кластер, запланированный к реализации в 2025–2030 годах, будет специализироваться на кардиохирургии и реабилитации. Особенностью данного кластера является возможность создания трансграничного медицинского центра с участием специалистов из Польши и Литвы. Дальневосточный медицинский центр во Владивостоке, с периодом реализации 2026–2032 годы, фокусируется на интеграции методов восточной и доказательной медицины при сотрудничестве с клиниками Китая, Южной Кореи и Японии, и располагается на территории опережающего развития «Надеждинская». Байкальский медицинский хаб в Иркутске предлагает уникальное сочетание климатотерапии и IT-медицины, ориентируясь на профилактические программы и медицину долголетия; планируемый объем инвестиций в данный проект составляет 28 млрд рублей, формируемых за счет сочетания бюджетных и частных источников.

Реализация данной стратегии сопряжена с рядом системных вызовов, среди которых выделяются регуляторные барьеры, требующие адаптации порядка 37 законодательных актов, кадровый дефицит, обусловленный необходимостью подготовки около 12 тысяч специалистов с мультиязычными компетенциями, а также логистические ограничения, особенно актуальные для дальневосточных регионов.

Перспективы развития до 2030 года связаны с формированием «медицинского пояса» вдоль государственных границ Российской Федерации, в частности, с азиатскими странами и регионами Ближнего Востока, что послужит площадками для апробации регуляторных инноваций по аналогии с особыми экономическими зонами, а также для кооперации российских и зарубежных фармацевтических производителей.

Основными конкурентными преимуществами России в привлечении иностранных туристов и медицинских кадров являются более доступная ценовая политика — стоимость медицинских услуг на 30–50 % ниже, чем в странах Европейского Союза, США и Южной Кореи — при сохранении высокого качества, подтверждённого международной сертификацией Joint Commission International (JCI). Важным фактором также является доступ к инновационным технологиям через ММК и развитие телемедицины для обеспечения послеоперационного сопровождения пациентов. Географическое положение России обеспечивает удобную логистику и близость к рынкам Азии и Средней Азии, что дополнительно поддерживается упрощёнными визовыми режимами, включая медицинские электронные визы. Комплексный подход к предоставлению медицинских услуг с интеграцией туристических возможностей, например, реабилитации в курортных зонах Сочи и Байкала, усиливает привлекательность российских международных медицинских кластеров на мировом рынке.

Таблица 2

Приоритетные направления привлечений ПИИ в ММК «Сколково»

Для увеличения притока прямых иностранных инвестиций в российские международные медицинские кластеры можно предложить создание специализированных инвестиционных зон с особыми регуляторными условиями по аналогии с израильским Health Tech Valley, предусматривающих ускоренные процедуры регистрации медицинских технологий и специальные налоговые режимы для исследовательских проектов.

Можно выделить три основные проблемы, тормозящие развитие  ММК в России:

1. В ММК «Сколково» это дисбаланс в структуре привлекаемых инвестиций, в значительной степени они направлены в инфраструктурные проекты, что создаёт разрыв между созданием материальной базы и потоком капитала в инновационные разработки, биотехнологию и цифровую медицину.
2. Действующая инвестиционная модель похожа на азиатскую, где государство берет на себя основные расходы и риски. Однако, необходим механизм государственно-частного партнерства с равноправным участием бизнеса.
3. ММК пока слабо встроен в глобальные цепочки создания стоимости и не обладает узнаваемым международным брендом в сфере медицинского туризма, т. е. потенциал «Сколково» раскрыт не полностью.

Таким образом, основной задачей является переход от этапа создания инфраструктуры к стадии генерации инноваций и усиления глобальной конкурентоспособности. Для этого необходимо трансформировать инвестиционную модель. Институциональной основой должен стать механизм государственно-частного партнерства, предусматривающий софинансирование инфраструктурных проектов в пропорции 1:3 и предоставление государственных гарантий по инвестиционным кредитам. Целесообразно формирование отраслевых венчурных фондов с участием Российского фонда прямых инвестиций для финансирования трансфера медицинских технологий и поддержки клинических исследований. Особое значение приобретает внедрение регуляторных песочниц, позволяющих осуществлять ограниченный оборот медицинских препаратов без полной сертификации и апробировать цифровые терапевтические решения. Данные меры направлены на преодоление административных барьеров и создание устойчивой экосистемы, способной обеспечить увеличение объема прямых иностранных инвестиций на 40-50 % в среднесрочной перспективе.

Для роста инвестиционной привлекательности международных медицинских кластеров в России предлагается системная модернизация правовых механизмов. Главным направлением является расширение положений федерального закона №160-ФЗ, предусматривающее введение пятилетнего моратория на обязательную сертификацию импортных фармацевтических препаратов и медицинского оборудования для резидентов ММК, с параллельным автоматическим признанием иностранных медицинских лицензий и клинических протоколов. Данная мера апробирована в пилотном режиме при реализации проекта с участием медицинского центра «Хадасса», где инвестиции в размере 50 млн долл. США были направлены на создание циклотронного комплекса и радиотерапевтического отделения. Также установление пропорции софинансирования проектов в соотношении 30/70 между иностранными и российскими инвесторами доказало свою эффективность в реализации Сахалинского ММК.

Для интеграции российских медицинских кластеров в глобальную экосистему необходима активная стратегия продвижения и формирования партнерств. Главными шагами станут ежегодные роуд-шоу на ведущих мировых площадках — MEDICA, Arab Health и ПМЭФ, с привлечением РФПИ и Фонда ММК для таргетинга на транснациональные корпорации (Siemens, GE), венчурные фонды (CB Insights) и клиники уровня Johns Hopkins. Можно предложить создание цифровой платформы на базе «Сколково» для подбора партнеров, предоставляющую VR-туры по кластеру и доступ к базе из 1000+ иностранных специалистов, а также запустить программу трансфера технологий через ежегодное обучение 1000 российских врачей по международным стандартам.

Таким образом, внедрение предложенных механизмов меняет восприятие ММК «Сколково» со стороны стратегических инвесторов: он переходит из категории рискованной юрисдикции в разряд структурированной платформы с прогнозируемыми и управляемыми рисками, что будет способствовать достижению национальных задач: укреплению технологического суверенитета в важных областях медицины, импортозамещению на основе передовых разработок и увеличению экспорта высокотехнологичных медицинских услуг. В результате здравоохранение сможет выступать одним из реальных драйверов экономики.

[1] Источник: составлено по материалам источника [6, 8].